Япония в Петербурге: цвет гравюр и саунд кото


Япония в Петербурге:
цвет гравюр и саунд кото

14 июля во Дворце Кочубея (Конногвардейский бульвар, 7) прошла по сути представительская, a no форме музыкально-художественная встреча довольно узкого круга приглашенных (воскресенье, «макушка лета», жара!) в связи с от-крытием фондом "Ямато" выставки японской гравюры середины — конца XIX века, а также концертом традиционной японской музыки кото.
«Российско-японский культурно-просветительский фонд "Ямато" официально представляет интересы Администрации Санкт-Петербурга" — конечно же, это строка из пресс-релиза. Но заметим, что это был тот редкий случай «не заорганизованного" устроителями мероприятия, когда в нем действительно читался личный интерес какого-то отдельного пассионария. Неофитом японской культуры оказался советник петербургского губернатора Игорь Александров, которому на самом деле хотелось рассказать, показать и дать услышать гостям то, чего нам в здешней жизни встречать еще не приходилось.
На сей раз это была необыкновенная музыка в исполнении приглашенного автора, чье творчество и виртуозное владение старинным щипковым инструментом кото широко известно в Японии, — госпожи Миканы Янаи с ансамблем.
Звучание ее инструмента, если отвернуться и не смотреть на сам источник звука и музыканта, но сразу и выдает свою "щипковость». То он звучит как отголосок клавиши высокого регистра, то отдаленно напоминает гитарный перебор струн или волну звуком нежной арфы. Мне лично он показался и нежным, и сильным, и утонченным, и каким-то очень благородным — и все-таки демократичным в этой своей изысканности, потому что, как на любом "живом" концерте, он давал "жить" всему остальному вокруг: внезапно заплакавшему и зале ребенку, грозе за окном, вечно кашляющим старушкам... Но вот основанное на этом моем восприятии предположение о народных истоках музыки кото как раз и не подтвердилось. Знатоки и давние ценители деликатно мне разъяснили, что нет, музыка эта строго стилизованная и безусловно имеет, так сказать, "аристократические" корни.
Кото — инструмент, состоящий ил гори-зонтальной доски с натянутыми на нее 13 струнами. Играют на нем с помощью особого музыкального "аксессуара" — плектра в форме когтя. Древний кото входил в состав струнного оркестра, исполнявшего придворную японскую музыку — гагаку, что означает "утонченная, элегантная". Первые упоминания oб этой музыке обнаруживаются в старых японских хрониках VII века, во время правления легендарного принца Сетоку Тайси, большого ценителя всего изящного. Со временем исполнительский стиль звучания кото не-сколько изменился, но и в современной Японии он широко известен и популярен. Эта выдержанная в своем стиле музыка способствует воссозданию в современном сознании представления о ритуалах прошлых времен — она органично сопровождает исполнение классических японских театральных танцев, представления театра кабуки, кукольного театра бунгаку
Госпожа Микана Янаи изучала метод исполнения музыкальных произведений на кото — икутарю - с 7 лет. В 1971 году она закончи-ла Токийскую национальную академию музыки и искусств, а за год до ее окончания стала лауреатом японского конкурса Мияги, продемонстрировав сначала на конкурсе, а впоследствии и в своих многочисленных гастрольных выступлениях полнейшую виртуозность владения этим древним инструментом. В программе концерта, предложенного слушателям в Петербург, было несколько музыкальных вещей — некоторые из них («Шторм в небесах», "Стеклянная колыбельная", "В море ярости» и др.) были написаны собственно госпожой Янаи, а исполнены совместно с коллегами-музыкантами, также владеющими уникальными (для нас уж точно) инструментами. Например, "Шторм на небесах» исполнялся дуэтом с Сеузаном Танабэ, играющим на сакухачи, а написан он был Миканой Янаи в январе 1998 года для выступления на Международ-ной неделе камерной музыки Каустинен в Финляндии.
Насколько интересно и непривычно было слушать эти музыку и пение в исполнении японских гости, настолько же любопытно и как-то no-новому позже читались строки пояснений, прилагавшихся к программе концерта. "С фантастическим звучанием "сукуйзуме» (пощипывание струн кото когтем), исполняемым в ритме 6/8 в последней части, дуэт оригинальных тремоло кото напоминает небо на закате». Или — "пиццикато (перебирание струн пальцами) левой руки эффектно изображает «маленьких птичек, собирающих сумеречные звезды". Стоит ли говорить, что жаркий закат 14 июля был окрашен для нас в экзотические тона Страны восходящего солнца — настолько приближенной к нам оказалась в этот вечер далекая страна.
Хотя экзотические вовсе не всегда означает яркие. Мы привыкли, что японская гравюра, которую Европа впервые увидела в 60-х годах XIX века. — яркая, как карамельная обертка, радующая глаз дальневосточная притча из жизни воинов, крайний, актеров или и тех и других. Но гравюра гравюре рознь: старинные и редчайшие ее примеры с характерными глубокими, приглушенными тонами изображений, выполненных красками, замешенными на естественных пигментах, на мой взгляд, особенно хороши, хотя сдержаннее и что ли "скромно" пришедших им на смену анилино-вых красавиц. Но именно гравюра переломно-го для Японии времени - начала 60-х годов и чуть позже — оказалась в центре внимания собирателей из фонда "Ямато".
Это собрание представляет собой коллекцию гравюр реалистической школы укиеэ — жанра, формы и условности которого нам наиболее знакомы. Она включает в себя целую серию известного мастера «картин мелькающего мира - Байдо Кунимаса — Тойокуни У и его круга Эют мастер одним из первых попытался подчинить себе колористические возможности новых, искусственных красок и. по свидетельству специалистов, заметно преуспел в этом умении. Кроме революции в изобразительных средствах, среди причин, повлекших за собой существенные изменения в искусство того времени, известный и замечательный петербургский ученый Михаил Успенский (1953-1997) в своей книге "Куниеси и его время» называет и вышедшие ни первый план проблемы цензуры, впрямую связанные с политикой и экономи-кой страны
Как бы то ни было, благодаря фонду "Ямато» и при содействии правительства префектуры Сайтама этим летом мы вновь получили возможность еще раз поближе познакомиться с нашим восточным соседом. Добавлю также, что к атрибутированию представленной на выставке гравюры, которое осуществлялось под патронажем Департамента внешних связей мэрии города Осака, был привлечен директор Музея-замка Осаки господин Накамура.

Лиза ВЕРТИН


Ямато - Санкт-Петербург, 2010